Древнегреческие скульпторы и их произведения


Разрешение картинок от 183x475px до 11478x2411px

Скульпторы древней Греции дали миру произведения, которые вызвали восхищение многих поколений. Древнейшие известные нам скульптуры возникли ещё в эпоху архаики. Они несколько примитивны: их неподвижная поза, плотно прижатые к телу руки, устремлённый вперёд взгляд продиктованы формой каменного блока, из которого статуя была высечена. Одна нога у неё обычно выдвинута вперёд — для сохранения равновесия. Археологи нашли много таких статуй, изображающих обнажённых юношей и одетых в ниспадающие свободными складками наряды девушек. Их лица нередко оживляет таинственная «архаическая» улыбка. В классическую эпоху главным ремеслом скульпторов Греции было создание статуй богов и героев для украшения храмов; к этому добавлялись светские образы, например, изваяния государственных деятелей или победителей на знаменитых Олимпийских играх.
В верованиях греков боги выглядят как обыкновенные люди. Их и изображали как людей, но сильными, хорошо развитыми физически и с прекрасным лицом. Часто людей изображали обнажёнными, чтобы показать красоту гармонически развитого тела.


В 5 веке до н.э. великие скульпторы Мирон, Фидий и Поликлет, каждый по — своему, обновили искусство скульптуры и приблизили его к реальной действительности. Молодые обнажённые атлеты Поликлета, например его «Дорифор», опираются только на одну ногу, другая свободно оставлена. Таким образом можно было развернуть фигуру и создать ощущение движения. Но стоящим мраморным фигурам нельзя было придать более выразительные жесты или сложные позы: статуя могла потерять равновесие, а хрупкий мрамор — сломаться. Этих неприятностей можно было избежать, если отливать фигуры из бронзы. Первым мастером сложных бронзовых отливок был Мирон — создатель знаменитого «Дискобола». Множество художественных достижений связано с именем Фидия: он руководил работами по украшению Парфенона фризами и фронтонными группами. Великолепны его бронзовая статуя Афины на Акрополе и 12 метровой высоты покрытая золотом и слоновой костью статуя Афины в Парфеноне, позднее бесследно исчезнувшая. Подобная судьба постигла созданную из тех же материалов огромную статую Зевса, восседающего на троне, для храма в Олимпии. Как бы ни восхищали нас скульптуры, созданные греками в эпоху расцвета, современному человеку они могут показаться немного холодными. Правда, отсутствует оживлявшая их в своё время раскраска; но ещё более для нас чужды их равнодушные и похожие друг на друга лица. Действительно, греческие скульпторы той поры не пытались выразить на лицах статуй какие — либо чувства или эмоции. Их целью было показать совершенную телесную красоту.


Если в 5 веке до н.э. были созданы возвышенные и серьёзные образы, то в 4 веке до н.э. художники склонялись к выражению нежности и мягкости. Тепло жизни придал гладкой мраморной поверхности Пракситель в своих изваяниях обнажённых богов и богинь. Он также нашёл возможность разнообразить позы статуй, создавая равновесие с помощью соответствующих опор. Его Гермес, посланец богов, опирается на ствол дерева.

До сего времени скульптуры были рассчитаны на рассматривание спереди. Лисипп сделал свои статуи так, чтобы их можно было разглядывать со всех сторон — это было ещё одно новаторство.

В эпоху эллинизма в скульптуре усиливается тяга к пышности и гротеску. В одних произведениях показаны чрезмерные страсти, в других заметна излишняя близость к натуре. В это время начали прилежно копировать статуи прежних времён; благодаря копиям мы сегодня знаем многие памятники — либо безвозвратно утраченные, либо ещё не найденные. Мраморные изваяния, передававшие сильные чувства, создавал в IV веке до н. э. Скопас. Самая большая известная нам его работа — участие в украшении скульптурными рельефами мавзолея в Галикарнасе. Среди самых известных произведений эпохи эллинизма — рельефы большого алтаря в Пергаме с изображением легендарной битвы; найденная в начале прошлого века на острове Мелос статуя богини Афродиты, а также скульптурная группа «Лаокоон». Она изображает троянского жреца и его сыновей, которые были задушены коварными змеями; физические мучения и страх переданы автором с безжалостным реализмом.

Источник: nevsepic.com.ua

Цвет скульптур[править | править код]


Древнегреческие скульптуры изначально были окрашены в яркие цвета. На данный момент они выглядят белыми , из-за потери оригинального окраса с течением времени. Ссылки на расписные скульптуры встречаются во всей классической литературе, в том числе в «Елене» Еврипида, в которой одноименный персонаж сетует: Если бы только я могла сбросить свою красоту и принять более уродливый вид/как вы стерли бы цвет со статуи.». Некоторые статуи всё ещё сохраняют следы своей первоначальной окраски и археологи могут восстановить, как они первоначально выглядели.[1][2]

Гомеровский период[править | править код]

Монументальная скульптура гомеровской Греции не сохранилась. Судить о ней можно по описаниям древних авторов. Представляли её деревянные статуи, лишь в самых грубых формах воспроизводившие человеческое тело, так называемые ксоаны . Подобные изваяния могли украшаться металлическими деталями одежды и оружия.


Из скульптуры этого времени до нас дошли только произведения мелкой пластики, в основном культового характера. Это статуэтки, изображающие богов или героев. Нередко они, также, как и сосуды, украшались росписью. Создавались они из терракоты, слоновой кости или бронзы. Среди них есть не только человеческие изображения, но и изображения коня, кентавра. В них только намечается интерес к передаче напряженной работы мышц, конструкции и пластике тела.[3]

Архаика[править | править код]

В начале периода архаики скульптура ещё не занимала столь значительного места, как в классическом греческом искусстве. Её опережала вазопись, опиравшаяся на уже имеющиеся достижения прошедших веков. Тем не менее, в статуях VII века до н. э. — корах и куросах — возникает стремление к передаче объёма тела, гармоническому равновесию форм, утонченному ритму. Важное место занимает архитектоническая конструкция человеческого тела. Возникающая именно в этот период архаическая улыбка одухотворяет лица статуй, превращая идол в обобщенный образ человека, понимаемого как высшая эстетическая ценность. За редким исключением статуи приобретают соразмерный человеку масштаб. Сразу следует отметить, что до эпохи поздней классики женские изображения будут лишены наготы, в то время как в мужских образах будет воспеваться естественная красота обнаженного человеческого тела.

К числу хорошо сохранившихся женских фигур относится «Богиня с гранатом» из Кератеи 580—570 годов (Берлин, Государственные музеи), сохранившая даже первоначальную яркую раскраску, «Богиня с зайцем» из Герайона близ Тигани на острове Самос ок. 560 года (Берлин, Государственные музеи) и др. Нижняя часть последней статуи трактуется уже не как простой столбообразный объём, в ней проявляется естественная пластика тела. Жест поднятой руки разрушает строгую неподвижную симметрию.


Ярким примером мужских изображений является скульптурная группа Клеобис и Битон, созданная на рубеже VII—VI веков Полимедом Аргосским. Хотя само по себе решение группы в виде двух почти одинаковых статуй показывает ещё ограниченность приемов архаики, созданный скульптором образ двух легендарных героев ярко выражает идеал дорического искусства Аттики. Тяжеловесные объёмы тел суровы, в них четко выявлены тектонические членения. К аттическим куросам относятся так же статуя с мыса Сунион ок. 600 года (Афины, Национальный музей) и статуя конца VII века (Нью-Йорк, Метрополитен-музей).

Напротив, ионийские мастера стремились к стройности фигур, легкости пропорций. В ионических куросах есть ясная жизнерадостность. Таковы куросы середины VI века с острова Мелос (Афины, Национальный музей) и из Тенеи («Аполлон Тенейский», Мюнхен, Глиптотека).

Одновременно развивается и монументальная скульптура, оформляющая архитектурные постройки. Здесь важнейшую роль играет рельеф, дающий по сравнению со статуями более широкие возможности для повествовательных композиций на мифологические темы.


нним примером решения композиции фронтона является скульптура храма Артемиды в Керкире ок. 590 года до н. э. (Керкира, музей.) Здесь изображен миф о Медузе-Горгоне и Персее. Фигура Медузы-Горгоны изображена в крупном масштабе в центре фронтона в позе коленопреклоненного бега. Рядом с ней крошечная фигурка Персея, вносящая в композицию асимметрию. По сторонам от центральной группы изображены лежащие львы, а в углах фронтона крошечные по размеру сцены, одна из которых представляет Зевса убивающего гиганта.

Другим интересным примером решения композиции фронтонов является скульптура Гекатомпедона — древнейшего храма Афинского Акрополя, созданная ок. 570 года.

Помимо фронтонов рельефами украшались метопы дорических храмов. Сохранились метопы греческих храмов на Сицилии: храма «Малых метоп» 570—550 годы до н. э., храма «С» в Селинунте 540—530 годов до н. э. (Палермо, Национальный музей) В первом из них сохранилось изображение Похищения Европы, интересное тем, как скульптор передал среду происходящего действия. Море обозначено волнообразными силуэтами двух дельфинов. Метопы храма «С» отличаются необыкновенно сильной передачей пластики фигур, представляющих собой горельеф, приближающийся к круглой скульптуре. Интересны так же метопы сокровищницы и небольшого храма из святилища Геры близ Пестума в устье реки Селы (второй четверти и конца VI века до н. э., Палермо, Национальный музей). Некоторые из них в силу внешних причин остались незаконченными, но были расписаны и установлены на свои места. Создавая невысокий рельеф, скульптор не выходил за границу воображаемой им передней плоскости изображения. Вместе с тем, он сумел объединить все метопы единым композиционным ритмом. Особенностью италийских рельефов является приземистость пропорций.


На территории самой Греции во второй половине VI столетия было создано скульптурное убранство второго Гекатомпедона в Афинах ок. 520 года (Афины, музей Акрополя), от которого сохранилась замечательная группа восточного фронтона, изображающая Афину, повергающую наземь гиганта. Живое движение передает драматичность происходящего. Фигуры действительно соединены в единую группу, что показывает значительный путь развития, пройденный греческой скульптурой за столетие. Здесь же следует назвать ещё одну группу — Тесей и Антиопа, занимавшую западный фронтон храма Аполлона в Эретрии, в Эвбее ок. 510 года (Халкида, музей). Фигуры Тесея и Антиопы слились здесь в единый пластический монолит. Совершенным творением мастеров этого времени является и рельефный фриз сокровищницы сифнийцев в Дельфах ок. 525 года (Дельфы, музей), изображающий гигантомахию. Непрерывный ионический фриз удачно сочетает в себе ощущение бурной борьбы с выверенным ритмом движений рук с копьями и круглых повторяющихся щитов.

Столь же высокого уровня достигают и статуи конца периода архаики. К аттической школе относится статуя всадника с Афинского Акрополя (Всадник Рампина) ок. 560 года (Афины, музей Акрополя, подлинник головы всадника в Лувре), производящая впечатление даже в виде нескольких уцелевших фрагментов. Архаическая улыбка на лице всадника создает ощущение радостного, героического духа. Такова и происходящая оттуда же «Кора в пеплосе» ок. 530 года.


К грядущим иделам эпохи классики близки мужские мемориальные статуи — надгробная статуя Кройсоса из Анависоса и бронзовый курос из Пирея ок. 520 года (оба в Национальном музее в Афинах). Несмотря на все ещё крайне сдержанные движения, в них нет уже никакой застылости. Напротив, в камне и в бронзе умело переданы тонкие нюансы живого тела. Таков же и «торс Милани» конца VI века (Флоренция, Национальный музей). К произведениях ионийских скульпторов относится кора (№ 675) с Афинского Акрополя (музей Акрополя), сохранившая яркую раскраску. Она отличается более тонкими и сложными линейными ритмами, из-за чего однако выглядит и более дробной. Вместе со статуями создавались и их постаменты, украшавшиеся барельефами на различными темы из повседневной жизни.

В технике невысокого рельефа скульптором Аристоклом создана и стела Аристиона ок. 510 года (Афины, Национальный музей). В ней особый созерцательный настрой, так подходящий для мемориального изображения, предвосхищает образы надгробных стелл периода классики[4].


Ранняя классика[править | править код]

В начале V века до н. э. в греческой скульптуре одновременно с обобщением образа, его большей ясностью и дальнейшим развитием связи скульптуры с архитектурой возникает особый интерес к максимально правдивой передаче движения. Стремление прямолинейно передать натуру даже порождает угловатость форм, разрушающую гармонию статуй конца архаики. Лишь со временем искусство классики придёт к новой гармонии и цельности.

Это художественное изменение порождает и некоторую перемену в тематике. Однако «жанровые» мотивы, такие как «Мальчик, вынимающий занозу», на самом деле продолжают ряд этически значимых образов. Это образ победителя в состязаниях, не прервавшего бег вопреки произошедшей неприятности. Новое, свойственное ранней классике понимание гармонии можно увидеть в бронзовой статуе «Возничий» ок. 470 года (Дельфы, музей), где передача мелких натуралистических деталей (вены, ногти, пушок на висках) не мешает монументальности образа в целом. В фигуре, когда-то входившей в неизвестную скульптурную группу, присутствует сдержанная энергия движения. Складки хитона юноши, похожие на каннелюры колонны, также усиливают монументальность статуи.

Прекрасен рельеф «Трона Людовизи» — алтаря богини Афродиты ок. 460 года (Рим, Национальный музей), изображающий рождение Афродиты из морской пены. Идеально сочетание движения поднимающейся Афродиты, ниспадающих складок одежд и склонившихся к богине нимф. На боковых сторонах алтаря представлены различные образы служения богине: нагая играющая на флейте девушка-гетера и одетая в плащ сидящая хранительница домашнего очага.


Задача взаимосвязи двух фигур, объединённых единым сюжетом, была поставлена скульпторами Критием и Несиотом, ок. 477 года до н. э. создавшими для Афин новое изображение тираноубийц Гармодия и Аристогитона (старая группа времён архаики была увезена разгромившими Акрополь персами). Фигуры героев полиса образуют цельную композицию благодаря общему движению.

Одним из раннеклассических примером взаимодействия скульптуры с архитектурой являются фронтоны храма Афины Афайи на о. Эгина 500—480 годов (Мюнхен, Глиптотека), изображающие войну греков с троянцами. Старой, ещё архаичной чертой композиции западного фронтона является стоящая по центру фронтальная фигуры Афины. Вместе с тем в фигурах воинов, в особенности в изображениях павших и умирающих, лежащих в узких углах фронтона, много нового. Особенно отличается одна из фигур восточного фронтона, передающая постепенное угасание жизненных сил павшего. Характерно исчезновение архаической улыбки, присутствующей ещё на первом фронтоне.

Качественно меняются и композиции рельефов метоп, что можно увидеть на примере храма «Е» в Селинунте 470—460 годов до н. э. (Палермо, Национальный музей). Освоив естественные движения фигур, скульптор теперь может строить любые сюжетные композиции, тонко передавая состояния персонажей.

Другим примером фронтонных композиций этого времени является скульптура храма Зевса в Олимпии 468—456 годов (Олимпия, музей). Композиция восточного фронтона, представляющая стоящих подле Зевса Пелопа и Эномая непосредственно перед их состязанием на колесницах, даёт один из первых в истории искусства примеров внешне неподвижного изображения, наполненного внутренним напряжением, потенциальным движением, готовым начаться действием. Восточному фронтону противопоставляется западный, где изображено сражение лапифов с кентаврами. В центре представлен Аполлон, властно простёрший свою руку. Господство его спокойной фигуры, контраст между разнузданными движениями опьяневших кентавров и целеустремленными действиями людей-лапифов показывают конечную победу разума и гармонии над хаосом. Метопы храма посвящены подвигам Геракла. Композиции построены так, что энергичные, подчас порывистые движения фигур не разрушают границ изображения. Они соответствуют геометрическим членениям квадратов метоп. Такова сцена укрощения критского быка, где перекрещиваются диагональные движения быка и Геракла. Более активное движение меньшей по массе фигуры героя уравновешивает более тяжёлую, но медленную и грузную фигуру быка[5].

Одним из важных памятников, знаменующих собой переход к высокой классике, считается бронзовая статуя Посейдона, найденная в море у мыса Артемисион, ок. 450 года до н. э. (Афины, Национальный музей). Бог моря представлен в шаге, занесшим руку, некогда державшую трезубец. Здесь, как представляется, впервые была решена задача сочетания грозного, энергичного движения и монументальной устойчивости фигуры.

В 460—450 годы в Аттике работал скульптор Мирон из Элевфер. Его прославленные при жизни работы известны по мраморным копиям (оригиналы были бронзовые) или не сохранились вообще. К последним относятся статуи победителя в беге Лада и превращенной в телку Ио. В копиях до нашего времени дошла статуя «Дискобол» (мраморные копии в Национальном музее Рима, Британском музее, бронзовая статуэтка эллинистического времени в мюнхенской Глиптотеке и др.) и группа, изображающая Афину и Марсия (мраморная копия во Франкфурте-на-Майне, Либигхаус). В фигуре дискобола происходит принципиальный отказ от типа прямостоящего куроса, хотя ещё сохраняется преобладание фронтальной точки зрения. Скульптор изображает мгновение, когда юноша, согнувшись, замер и готов вновь распрямиться, метнув диск. Группа «Афина и Марсий» представляет миф о флейте, проклятой Афиной потому, что при игре на ней раздувались щеки и уродовалось лицо. Дерзнувший подобрать флейту Марсий в испуге отпрянул от разгневанной богини. Их лица представляют собой два противоположных, универсальных типа красоты и уродства, покоя и аффекта.

Высокая классика[править | править код]

Творчество Мирона можно отнести к одному из двух направлений, сложившихся в искусстве классики. Одно из них, представленное мастерами Ионии и Аттики, стремилось выявить красоту движения, в то время как второе, развивавшееся на Пелопоннесе аргосско-сикионской школой, создавало образы гармонии, основанной на внешней неподвижности тела, наполненного внутренним дыханием жизни, скрытым движением. В какой-то степени соединить обе тенденции сумел великий Фидий.

Современником Фидия, мастером второго направления был Поликлет. Его творчество приходится на 460—420 годы до н. э. С его именем связывается т. н. «Канон Поликлета» — система пропорциональных отношений, определяющая красоту человеческого тела. Всё творчество мастера было направлено на выражение порядка, строя и меры, заложенных в мироздании и в самом человеке. Поликлет создавал образ героически прекрасного человека, что, собственно, было центральной темой всего греческого искусства, едва ли не единственным предметом изображения которого был человек или же антропоморфное божество. По имеющимся письменным свидетельствам в качестве масштабной единицы скульптор использовал фалангу большого пальца, удвоенная длина которой равнялась самому большому пальцу, а он в свою очередь два раза укладывался в длине кисти руки. Впрочем, Поликлету не было свойственно жёсткое, механическое следование данной схеме. Скорее он имел в виду канон как общий принцип расшифровки структуры человеческого тела.

Самой знаменитой работой Поликлета был бронзовый «Дорифор» (копьеносец) ок. 440 года, дошедший до нас только в сухих мраморных копиях (Неаполь, Национальный музей). Представление о подлинной пластике мастера даёт бронзовая статуэтка юноши 3-й четверти V века до н. э. (Лувр). Спокойно стоящая фигура Дорифора полна внутренней, не выраженной во внешнем действии энергии, жизненной силы. В ней есть то же противоборство несущих и несомых частей конструкции, как и в ордерной системе греческой архитектуры. Гармония создаётся уравновешенностью всех форм, лишённых при этом строгой фронтальности. Преодолеть неподвижность помогает хиазм, или, иначе, контрапост. Опора тела перенесена на одну из ног, бедро которой оказывается выше другого, линия плеч, напротив, наклонена в противоположную сторону. Этот приём постановки фигуры, неизвестный в период архаики, получает теперь широчайшее распространение.

К более поздним работам Поликлета относится Диадумен ок. 430 года, также сохранившийся лишь в многочисленных копиях. Ему свойственны даже большие изящность силуэта и легкость пропорций, показывающие дальнейшее развитие творчества мастера. Особое состояние «героического минора», переданное благодаря вниманию к оттенкам пластической формы, присутствует в «Раненой амазонке» (мраморная копия в Метрополитен-музее, Нью-Йорк). В данном случае в композицию изначально был включён постамент, подчеркивающий ослабление сил, поддерживающих стоящую фигуру.

Между 460 и 420 годами (общепринятой датировки нет) скульптор Пеоний создал статую Ники, в которой изобразил богиню в тот момент, когда она, опускаясь, уже коснулась ногой постамента. Передача близкого к завершению движения представляет собой нечто среднее между направлениями, к которым относилось творчество Мирона и Поликлета[6].

Фидий и скульптура Афинского Акрополя[править | править код]

Можно сказать, что оба описанных выше направления греческой скульптуры синтезировал в своём творчестве Фидий, друг Перикла. Его величайшие, прославленные творения также известны лишь по весьма приблизительным копиям римского времени. Однако Фидий руководил перестройкой сохранившегося до наших дней Афинского Акрополя. Вся входящая в его ансамбль скульптура так или иначе передаёт дух его искусства. Более того, исключительное совершенство отдельных изображений позволяет видеть в них работу самого мастера. До нашего времени дошли, пусть и сильно повреждённые, статуи и рельефы Парфенона, построенного в 447—438 годах до н. э. Скульптурное убранство храма продолжало создаваться до 431 года.

Пройдя пропилеи и вступив на территорию Акрополя, человек прежде всего встречал бронзовую статую Афины Промахос (воительницы), являвшей собой божественное покровительство Афинам. Богиня была изображена в шлеме с копьём и щитом. Высокий, видимый издалека из Пирея монумент был создан Фидием в 465—455 годах до н. э. Оригинал его утрачен. Ещё одной бронзовой статуей работы Фидия была Афина Лемния, изображавшая богиню задумчиво смотрящей на снятый шлем, который она держала в руке.

От статуи Афины Промахос взгляд вошедшего направлялся к расположенному справа Парфенону, обращённому ко входу на Акрополь западным фронтоном, который был виден и издалека. На западном фронтоне был изображён спор между Афиной и Посейдоном за обладание Аттикой, выигранный Афиной, создавшей маслину. В настоящее время судить о композиции в целом позволяют её старые зарисовки. Она были лишена симметричной застылости. Средняя ось фронтона оставалась свободной, по сторонам от неё в динамичных позах располагались фигуры Афины и Посейдона, от них движение распространялось к краям фронтона.

Метопы также были посвящены мифической истории Аттики: битве греков с амазонками, осадившими Афины, кентавромахии, взятию Илиона, то есть Трои. До нашего времени более-менее целыми дошли южные метопы со сценами кентавромахии. Каждая из них обладает законченной композицией, изображающей различные моменты борьбы, в которой побеждает то кентавр, то человек. Но, таким образом, все вместе метопы создают общую картину битвы. Над метопами работали разные, обладавшие различными почерками мастера.

Южные метопы Парфенона. Лондон, Британский музей.

Сквозь колонны Парфенона был виден расположенный на стенах его целлы фриз-зофор, изображавший шествие больших Панафиней. Таким образом изображения граждан Афин сливались в единое целое с миром богов и героев. При этом то, что сплошной ионический фриз целлы зрительно членился колоннадой на отдельные отрезки, напротив, подчеркивало непрерывность движения процессии. Для фриза Парфенона характерно пульсирующее, то ускоряющееся, то замедляющееся движение, начинающееся и заканчивающееся покоем. Так как в действительности праздничное шествие двигалось вдоль северного фасада храма, движение изображенной процессии разворачивалось с правого угла западного фасада и шло налево, продолжаясь на северном фасаде. Лишь крайние правые фигуры на западной стене целлы были развернуты вправо, указывая, что фриз идёт и по южному фасаду. С восточной стороны действие заканчивалось фигурами пирующих богов.

Фриз целлы: процессия Панафиней.

С восточной стороны Парфенона располагался вход в храм, перед которым совершались жертвоприношения. Здесь на фронтоне было изображено рождение Афины из головы Зевса, а в метопах гигантомахия, показывавшая победу олимпийских богов над стихийными силами титанов. От композиции сохранились лишь боковые фигуры, прекрасно вписанные в углы фронтона. В их числе головы коней колесницы Гелиоса, поднимающейся с левого края композиции, и колесницы богини ночи Никс, опускающейся справа.

Фронтоны Парфенона. Лондон, Британский музей.

В Парфеноне синтез скульптуры и архитектуры достиг своего высшего развития в древнегреческом искусстве. Если в западном фронтоне ещё присутствует характерное для ранней классики движение вдоль плоскости стены, то в восточной композиции каждая фигура чувствует себя совершенно свободно. Зритель не замечает ограничивающих рамок архитектуры, создающей пространство для скульптур. Высочайшими качествами обладают сохранившиеся фигуры восточного фронтона — лежащий Кефал (или Дионис) и сидящие Мойры (или Афродита, Пейто и Диона). В них в совершенной цельности проявились монументальность и ясность, лишённые нарочитости, телесная красота, почти живое дыхание.

Внутри Парфенона находилась огромная статуя Афины Парфенос (девы), сделанная Фидием в хрисоэлефантинной технике. Она отличалась усложнённой, видимо, даже перегруженной аллегорической программой, о которой можно судить по уменьшенной реплике из Национального археологического музея в Афинах. На богине был шлем с грифонами. В правой руке Афина держала фигуру Ники, а в опущенной левой — щит, на котором была изображена битва греков с амазонками. Есть основания полагать, что Фидий использовал золото разных оттенков, что позволяло достичь более тонких художественных эффектов. Согласно сообщению Плутарха, в связи со статуей были выдвинуты обвинения против Фидия в хищении золота, а также в том, что в числе воинов на щите он изобразил себя и Перикла. Однако, несмотря на это свидетельство, греческая скульптура классической эпохи едва ли стремилась к передаче индивидуальных портретных черт, создавая обобщённые внешне и внутренне прекрасные образы человека. Таким условным «портретом» является бюст (герма) Перикла, созданный скульптором Кресилаем ок. 440 года до н. э. (Мраморная копия — Лондон, Британский музей.)

В той же хрисоэлефантинной технике Фидием была создана и огромная сидящая статуя Зевса для храма Зевса в Олимпии, включённая позднее в список семи чудес света.

Заслуживают внимание статуи и рельефы других построек афинского Акрополя. Коры Эрехтейона, несмотря на то, что заменяют собой архитектурные элементы — колонны, исполнены не монотонно. В каждой из них есть свой оттенок пластического состояния. На фризе северного портика храма был применён особый колористический приём: белые фигуры располагались на фоне фиолетового мрамора. Фриз, а также рельефы балюстрады храма Ники Аптерос отличаются особой динамикой, игра света и тени усиливает стремительность и легкость движений. Однако в фигуре богини, снимающей сандалию, с большой силой проявляется скорее лирический, интимный мотив, свойственный позднее Праксителю.

Иные новшества появились во фризе храма Аполлона в Бассах, построенного ок. 430 года Иктином. Хранящийся в настоящее время в Британском музее фриз был расположен внутри целлы храма. Здесь представлены амазономахия и кентавромахия. Его отличают необычные для высокой классики бурность движения, резкие светотеневые контрасты, откровенное изображение в лицах злобы и страдания. Тяжеловестность господствует над соразмерностью. Особенности фриза могут быть связаны с провинциальным, самобытным творчеством его исполнителя, но в них можно видеть и предвосхищение образов скульптора поздней классики Скопаса.

Постепенный отход от идеалов высокой классики, разрушение её цельного языка проявились и в других произведениях конца IV века до н. э., в частности в надгробиях. Форма в них становится более живописной. В образах появляются драматизм, ярко выраженная скорбь, акцентируется духовное состояние человека. С этим может сочетаться и более жанровая трактовка движения.[7]

Поздняя классика[править | править код]

В IV в. до н. э. греческая скульптура, не утратив своего совершенства, приняла иной, чем прежде, характер: к великим идеям и возвышенным чувствам, породившим столько замечательных произведений в век Перикла, присоединились новые понятия и стремления; создания пластики стали более страстными, проникнутыми драматизмом, в них проявилась более чувственная красота. Изменился также материал скульптуры: слоновая кость и золото были вытеснены мрамором; меньше стали использоваться металлические и иные украшения.[8]

Одним из представителей нового направления был Скопас, глава новоаттической школы. Он стремился выражать бурные страсти и достигал этой цели с силой, какая раньше не была присуща ни одному скульптору. Скопасу принадлежали, в числе прочего, оригиналы скульптур Аполлона Кифареда, сидящего Ареса виллы Лудовизи и, возможно, Ниобид, умирающих вокруг своей матери. Также ему принадлежит создание части рельефов Галикарнасского Мавзолея. Другой великий мастер той же школы, Пракситель, любил, подобно Скопасу, изображать глубокие чувства и вызванные страстью движения, однако лучше всего удавались ему идеально-прекрасные юношеские и полудетские фигуры с оттенком едва пробудившейся или ещё скрытой страстности (Аполлон Сауроктон, Книдская Афродита, Гермес с младенцем Дионисом на руках и др.).[8]

В противоположность афинским мастерам-идеализаторам, скульпторы пелопоннесской школы этой же эпохи в Аргосе и Сикионе работали в натуралистическом духе, преимущественно воспроизводя сильные и красивые мужские фигуры, а также портреты известных лиц. Среди этих художников первое место принадлежит Лисиппу, создававшему скульптуры из бронзы, современнику Александра Македонского, прославившемуся его портретными изображениями. Лисипп дал новый канон пропорций человеческого тела своей статуей атлета-апоксиомена (то есть счищающего с себя пыль палестры) и создал, в числе прочего, типический образ Геракла.[8]

Литература[править | править код]

  • Ю. Д. Колпинский. Искусство Эгейского мира и Древней Греции. М., «Искусство», 1970.
  • М. В. Алпатов. Художественные проблемы искусства Древней Греции. М., 1987.
  • Б. Р. Виппер. Искусство Древней Греции. М., 1971.
  • Б. И. Ривкин. Античное искусство. М., 1972.
  • Л. Акимова. Искусство Древней Греции. СПб, «Азбука-классика», 2007.
  • Всеобщая история искусств. Том 1. Под ред. Р. Б. Климова. М., «Искусство», 1956:
    • Искусство Греческой архаики
    • Искусство Греческой классики (Начало 5 — середина 4 в. до н. э.)
      • Искусство ранней классики
      • Искусство высокой классики
      • Искусство поздней классики
    • Эллинистическое искусство
  • Любимов Л. Д. Искусство древнего мира. М., «Просвещение», 1971:
    • Архаика.
    • Великий расцвет.
    • Поздняя классика.

Источник: ru.wikipedia.org

АРТ–ГАЛЕРЕЯ

 

Елена КНЯЗЕВА

 

 

Прекрасное далёко

Древнегреческая скульптура является совершенным созданием античной культуры наряду с эпосом, театром и архитектурой и во многом до сих пор сохраняет значение нормы и образца. Мраморные и бронзовые статуи мастеров Древней Эллады, барельефы и горельефы, многофигурные композиции, украшавшие фронтоны греческих храмов, дают возможность представить себе зарю европейской цивилизации.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

Карта Древней Греции

 

Мы привыкли видеть античные образы благородно-невозмутимыми в своей мраморной белизне. Для русского зрителя большую роль в этом играют знаменитые гипсовые слепки, сделанные по античным образцам для учебных целей по инициативе И.В. Цветаева и положившие начало собранию Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина. На самом деле большинство древнегреческих скульптур были ярко раскрашены, а детали (вожжи, поводья коней, мелкие украшения одежды) изготовлены из золоченой бронзы. Поэтому процессия афинских граждан в день праздника великих Панафиней на барельефном фризе Парфенона скорее должна была бы напомнить современному зрителю разноцветный цыганский табор, в котором смешались колесницы, всадники, боги – простые и доступные, как люди, и эллины – прекрасные, как боги (1).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(1) Фидий. Водоносы. V в. до н.э. Музей Акрополя, Афины

 

Но и без краски эти мраморные рельефы (высотой один метр), развезенные по музеям мира, вызывают восхищение. Недаром профессор Б. Фармаковский сравнил их с музыкой. На лекции в Санкт-Петербургском университете в 1909 г. он сказал: «Красоте фриза Парфенона будут удивляться все века и народы, она выходит за пределы места и времени, как красота Девятой симфонии Бетховена или Реквиема Моцарта».

Современные представления о греческой скульптуре неполны, многие памятники были разрушены во время средиземноморских переделов мира, поэтому судить о них остается только по копиям римских мастеров эпохи расцвета империи (I–II вв. н.э.), которыми римляне украшали свои дома и храмы. И хотя статуи мускулистых атлетов-олимпийцев работы Мирона и Праксителя часто ставились в общественных местах (например, в термах), больше всего была востребована созданная Праксителем скульптура отдыхающего грациозно-ленивого Сатира (2), по характеру более римская, имперская, нежели демократическая греческая.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(2) Пракситель. Отдыхающий Сатир.
IV в. до н.э. Государственный Эрмитаж, СПб

 

Эстафету по сохранению античного греческого искусства у Древнего Рима приняла Италия эпохи Возрождения. В это время начинается коллекционирование античных памятников. А в середине XVIII в. немецкий просветитель И. Винкельман издал труд «История искусства древности» – первое научное исследование памятников античной скульптуры.

В начале XIX в., особенно в период наполеоновских походов в Италию и Африку, вновь разгорелся интерес к античному искусству. В Европе создаются главные музеи антиков. Ведутся многочисленные раскопки не только в слоях, покрывающих древние города, но и в море. Со дна Средиземного моря до сих пор извлекают бронзовые статуи – греческие оригиналы.

Сведения о древнегреческих скульптурах можно получить и с помощью нумизматики. Скульптурную группу «Афина и Марсий» Мирона для афинского акрополя смогли реконструировать по рельефу на древней афинской монете.

Главная тема

В истории скульптуры Древней Греции можно выделить четыре периода: архаический (VII–VI вв. до н.э.); раннеклассический, или строгий, стиль (первая половина V в. до н.э); классический (вторая половина V – начало IV в. до н.э.); позднеклассический (IV в. до н.э.). Границы периодов расплывчаты, потому что творчество скульпторов могло как «обгонять» свое время, так и «отставать» от него. Главное, что греческая скульптура развивалась в едином направлении – реалистическом. Античный мастер в своем творчестве мыслил конкретными образами по принципу подражания природе (согласно Аристотелю). Благодаря преемственности периодов скульптура изменялась, но сохраняла специфические стилевые черты.

Внимательный зритель всегда определит вехи в истории греческой скульптуры и не спутает декоративность архаических кор и куросов со строгими аналитическими статуями Поликлета, а гармонию высокой классики Фидия с позднеклассическими страстными произведениями Скопаса.

Главная тема пластического искусства Древней Греции – человек – разрабатывалась и доводилась греческими ваятелями до совершенства. Скульптура, как правило, носила общественный характер. Получая заказ на статую, мастер стремился воплотить в ней эстетический идеал, понятный всем его современникам.

Логическое построение художественного образа способствовало легкости его понимания, что, в свою очередь, диктовало строгий ритм и ясность композиции. Так возникло искусство, в основе более рационалистическое, чем эмоциональное, хотя и чувств с каждым новым периодом прибавлялось.

Сочетая в своих произведениях идеальность форм и возвышенность содержания, греческие мастера предпочитали легендарные сюжеты, а сцены повседневной жизни, процессы труда изображали реже.

Истоком греческой скульптуры с некоторыми оговорками (слишком мало осталось материальных свидетельств) можно назвать крито-микенскую культуру. По легенде, первыми ваятелями Греции были «дедалиды», ученики Дедала – искусного архитектора и скульптора царя Миноса. Плита с рельефом Львиных ворот микенского акрополя – единственный образец монументальной каменной скульптуры в искусстве эгейского мира (3).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(3) Львиные ворота в Микенах. XIV в. до н.э.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(4) Зевс в образе гоплита. VII в. до н.э.

 

С самого появления скульптуры (около 670 г. до н.э.) совершенствовалась обработка художественного материала. Статуи отливали из бронзы (4), высекали из песчаника, известняка, мрамора, вырезали из дерева, лепили из глины и затем обжигали (т.н. терракота). Статуи гравировались, глаза, губы, ногти были вставными. Применялась хрисоэлефантинная техника (5).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(5) Голова девушки (божества?) в хрисоэлефантинной технике.
550–530 гг. до н.э. Археологический музей, Дельфы

 

Самый распространенный тип архаической статуи – стоящие мужские и женские фигуры, задрапированные в длинные одежды. Они представляли богов, богинь или жертвователей, имена которых были начертаны на базах или самих скульптурах. В VI в. такие скульптуры в большом количестве украшали храмы, площади, некрополи. Их авторами были ионийские мастера из городов Малой Азии или с островов Ионийского архипелага.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(6) Богиня с зайцем. Первая половина VI в. Пергамский музей, Берлин

 

На примере статуй женщин, найденных на острове Самос, – «Гера Самосская» и «Богиня с зайцем» (обе скульптуры сохранились без головы) – можно проследить характерные особенности архаической скульптуры. Фигура «Богини с зайцем» фронтальна и неподвижна, мелкие складки хитона, словно каннелюры колонны, подчеркивают эту неподвижность. Зато фигурка зайца передана греческим мастером свободно и живо. Такое соединение условности форм с живыми деталями характерно для архаики. Статуя не была изображением богини, она представляла жрицу или простую женщину, идущую с дарами к богине Гере от богатого человека, носившего азиатское имя Херамий, начертанное на складках хитона (6).

Куросы, коры, кариатиды

Статуи куросов (греч. – юноша) создавали во всех центрах греческого мира. Значение этих скульптур, называемых также архаическими аполлонами, до сих пор остается загадкой. Некоторые из куросов имели в руках атрибуты бога Аполлона – лук и стрелы, другие изображали простых смертных, третьи ставились над погребениями. Высота фигур куросов достигала трех метров. Тип нагого юноши был распространен и в мелкой бронзовой пластике.

Куросы были безбородыми и длинноволосыми (масса волос, ниспадающих на спину, моделирована в виде геометрического узора), с резко подчеркнутой мускулатурой. Куросы стояли в одинаковых статичных позах, с выставленной вперед ногой, руки вытянуты вдоль тела со сжатыми в кулак ладонями. Черты лица стилизованы, лишены индивидуальности. Статуи были обработаны со всех сторон.

Тип архаического куроса соответствует традиционной схеме египетских стоящих фигур. Но греческий художник больше внимания, чем египетский, уделяет структуре тела, он тщательно передает ступни ног, пальцы рук, что кажется неожиданным в общей условной схеме архаической пластики.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(7) Надгробный курос Анависсия.
Ок. 530 г. до н.э. Национальный музей, Афины

 

Изображение куросов одинаково юными, стройными и сильными – начало осуществления греческой государственной программы, связанной с прославлением здоровья, физической силы и развитием спортивных игр (7). Стилистической аналогией куросу является кора (греч. – дева), женская архаическая статуя. Коры одеты в хитоны или тяжелые пеплосы. Складки ложатся узором из параллельных линий. Края одежды украшает цветная тканая кайма, переданная на мраморе росписью. На головах у девушек причудливые прически, построенные из орнаментальных мотивов. На лицах загадочная, так называемая архаическая улыбка (8, 9).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(8) Антенор. Кора № 680. Ок 530 г. до н.э. Музей Акрополя, Афины

 

К концу VI в. до н.э. греческие скульпторы постепенно научились преодолевать первоначально свойственную их работам статичность.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(9) Кора. 478–474 гг. до н.э. Музей Акрополя, Афины

 

Продолжением темы кор в скульптуре стали кариатиды. Шесть кариатид несут на своих головах архитрав южного портика акропольского храма Эрехтейон. Все девушки стоят фронтально, но, по сравнению с архаическими корами, их позы благодаря слегка согнутому колену более свободны и жизненны.

Постепенно греческие ваятели преодолевали условность неподвижной фигуры и делали моделировку тела более живой. Стремление к правдивому изображению живой движущейся фигуры развивается в борьбе с условной схемой, заимствованной из придворного искусства Древнего Востока.

Формула прекрасного

Именно в первой половине V в. до н.э. греческие философы и деятели искусства, каждый в своей области, разработали форму для выражения многогранной, динамичной, беспредельной и вечной жизни. На основе того, что общий замысел произведения должен быть воплощен как гармоническое и рациональное целое, они вывели формулу прекрасного как равновесия между формой и содержанием. В пластическом решении эстетическая красота становилась выражением красоты нравственной, как в произведениях афинских скульпторов Крития «Юноша» и Несиота «Группа тираноборцев».

Редким образцом бронзовой (а не каменной) скульптуры ранней классики был «Возничий» (10). Он стоял на колеснице, держа в руках вожжи. Колесница и кони (вероятно, их было четыре) утеряны. Скорее всего, группа была поставлена сицилийцем из города Гелы в честь победы на пифийских играх при состязании колесниц в 476 г. до н.э. Автор скульптуры сумел показать торжественность момента без пафоса, художественными приемами, используя стройность силуэта и внутреннее равновесие всех скульптурных линий. Фигура фронтальна, но легкий поворот плеч освобождает ее от скованности и придает позе естественность. Черты лица возницы гармоничны, спокойны и бесстрастны. Скульптор создал идеал человека доблестного и прекрасного. Завитки волос, переданные чеканкой, перехвачены тесьмой повязки. Глаза инкрустированы цветным камнем, уцелели тончайшие бронзовые пластинки ресниц, обрамляющие веки.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(10) Возничий. 478–474 гг. до н.э. Археологический музей, Дельфы

 

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(11) Зевс (или Посейдон) с мыса Артемисион.
Середина V в. до н.э. Национальный музей, Афины

 

Следующим шагом на пути к пластическому совершенству греческой скульптуры нужно назвать бронзовую статую Зевса (или Посейдона) с мыса Артемисион на острове Эвбея (11). В фигуре бога зафиксирован тот самый момент движения, который станет отличительной чертой статуй атлетов Мирона из Элефтер, новатора в разрешении проблемы движения в скульптуре, мастера сложных бронзовых отливок. Ни одна скульптура Мирона не дошла до нашего времени в оригинале, зато его творчество было так популярно в Риме, что осталось много копий его произведений и отзывов о его работах, в том числе и критических. Плиний Старший (I в.), например, сказал: «Хотя Мирон интересовался движением тела, он не выражал чувств души».

Скульптура храма Зевса в Олимпии

Скульптурное убранство храма Зевса в Олимпии работы неизвестных мастеров (возможно, один из них – Агелад из Аргоса) считается большим достижением периода ранней классики и вехой на пути развития древнегреческой скульптуры.

Рельефные метопы восточного и западного фризов храма изображали сцены двенадцати подвигов Геракла. Лучше других сохранилась метопа с изображением Атланта, приносящего Гераклу яблоки из сада Гесперид (12). Характерные для раннеклассического периода черты (законченная, ясная композиция, простота раскрытия сюжета, архаичность в изображении деталей) в этой и других метопах сочетаются с признаками искусства классики – все три фигуры изображены в разных планах: Афина в фас, Геракл в профиль, Атлант в три четверти.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(12) Метопа храма Зевса в Олимпии.
Первая половина V в. до н.э. Музей в Олимпии

 

Главную художественную ценность скульптур олимпийского храма составляют монументальные фронтонные группы на мифологические сюжеты. На восточном фасаде – сцена из мифа о состязании на колесницах героев Пелопса и Эномая; на западном – «кентавромахия»: битва кентавров с лапифами.

Сюжеты фронтонов связаны конной тематикой (кентавры – полулюди-полукони), символизировавшей у древних греков рок, неотвратимость судьбы. Реконструкция этих фронтонов является предметом научных споров. Сложные многофигурные композиции, вписанные в углы фронтонов, составляют особенность олимпийских скульптур. На восточном фронтоне это лежащие мужские фигуры, вероятно, олицетворяющие реки в долине Олимпии; на западном фронтоне – фигуры женщин, наблюдающих за битвой.

Храм Зевса в Олимпии завершает строгий стиль в развитии греческой скульптуры. Через двадцать лет после его постройки Фидий создал для храма статую Зевса из золота и слоновой кости, считавшуюся в древности одним из семи чудес света («Искусство» № 9/2008).

Фидий, друг Перикла

Классическая эпоха в искусстве Древней Греции началась с победоносных войн с персами, когда Аттика стала главной в Средиземноморье. Облеченные гражданской ответственностью, скульпторы ваяли не только статуи богов и героев для украшения храмов, но и государственных деятелей и победителей Олимпийских игр для площадей у храмов, зданий палестр, рынков и театров.

Нагота для греков представляла величайшее достоинство. Для эллина тело было подобием совершенного космоса, и весь мир вокруг себя он воспринимал по аналогии с самим собой в идеальном, статуарном виде. Статуи своим бесстрастием и гармонией приближались к образам богов.

Искусство Фидия соединило все достижения, которые накопило греческое искусство до середины V в. до н.э. Он дал совершенной натуре жизнь и движение. Его скульптуры были величавы и возвышенны, под стать афинской демократической республике и эпохе Перикла.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(13) Фидий. Борьба кентавра с лапифом. Метопа Парфенона.
Британский музей, Лондон

 

Под руководством Фидия были исполнены многочисленные сложные пластические украшения Парфенона, храма Афины Парфенос на Акрополе. В композиционном плане они сходны с храмом Зевса в Олимпии, хотя свободнее в расположении, а в деталях более жизненны и динамичны. Сразу заметно, что к следующему периоду истории античной скульптуры относятся горельефы в метопах со сценами борьбы кентавров с лапифами (13); изображение в углах фронтона бога солнца Гелиоса, сдерживающего своих коней, и богини луны Селены, спускающейся на колеснице и исчезающей за горизонтом. Сохранившаяся голова коня из упряжки Селены считается одним из лучших в мире скульптурных изображений коня (14).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(14) Голова коня с восточного фронтона Парфенона

 

Шедевр классического искусства представляют собой статуи богинь с восточного фронтона. Характерный для Фидия способ, которым искусно сделаны складки их тонких хитонов, получил название «мокрой одежды» (15).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(15) Гестия, Диона и Афродита.
Вторая половина V в. до н.э. Британский музей, Лондон

 

Статуя Афины Парфенос (высотой 13 м), созданная для храма, описана в путеводителе Павсания: «Сама Афина сделана из слоновой кости и золота… Статуя изображает ее во весь рост в хитоне до самых ступней ног. У нее на груди голова Медузы из слоновой кости. В руке она держит изображение Ники, приблизительно в четыре локтя, а в другой – копье. В ногах у нее лежит щит, а около копья змея; эта змея, вероятно, – Эрихтоний». Золото на сумму в 40 талантов и подцвеченная слоновая кость покрывали деревянный остов статуи.

Имя Фидия, наряду с именем Микеланджело, – символ гения в скульптуре. Судьба его была трагична. Недоброжелательство, зависть, политических противников преследовали Фидия, пользовавшегося полным доверием Перикла. Когда работа над Афиной Парфенос была завершена, его обвинили в краже золота и слоновой кости. Оклеветанный Фидий умер в тюрьме в 431 г. до н.э., когда уже и слава Перикла начинала меркнуть.

Смена интересов

Пелопоннесская война (431–404 гг. до н.э.) между демократическими Афинами и аристократическим Пелопоннесским союзом во главе с Коринфом и Спартой усугубила кризис греческого полиса, привела к социальным конфликтам. Но на этот же период приходится расцвет идеалистической философии. Пришло время Сократа и Платона.

Характерная черта эпохи – снижение интереса к общественным делам, искусство ставит задачу отображения внутреннего душевного мира. Складывается искусство портрета, городские площади украшаются статуями философов, ораторов, государственных деятелей. Образы богов становятся более земными и лиричными.

Наиболее полно эти настроения отражаются в творчестве скульптора Праксителя из Афин (ок. 370–330 гг. до н.э.). Пракситель изображал героев, богов, спортсменов в состоянии покоя. Для его творчества характерна композиция стоящей фигуры: всегда мягкая, плавная линия изогнутого торса подчеркивала ленивую грацию. Идиллическое и лирическое творчество Праксителя оказало заметное влияние на все античное искусство. Его скульптуры копировались, варьировались во всех отраслях художественного ремесла античного мира.

Современник Праксителя иониец Скопас (ок. 380–330 гг. до н.э.) также создал оригинальную школу скульптуры. В его произведениях сказалось новое для греческого искусства стремление к выражению сильных, страстных чувств, к изображению энергичного движения. Известно о работе Скопаса в качестве архитектора и скульптора в храме Афины в Теге (на Пелопоннесе). Западный фронтон представлял битву Ахилла с Телефом (Троянская война). В сохранившемся оригинале – голове героя – страдание передано тенью от выступающих надбровных дуг, полуоткрытым ртом с опущенными уголками губ.

Скопасу удалось создать два очень привлекательных разнохарактерных женских образа: богини Ники, развязывающей сандалию (16), и пляшущей вакханки. Грациозная поза богини, одежда, ложащаяся небрежными складками, подчеркивают форму тела, придают всей фигуре интимный характер. За ее плечами вырисовываются мягкие контуры больших распластанных крыльев. Спутница Диониса, вакханка, напротив, в дикой пляске закинула голову, волосы разметались по спине.

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(16) Рельеф балюстрады храма Ники.
Конец V в. до н.э. Музей Акрополя, Афины

 

Пластика Скопаса не отличается той тонкостью моделировки деталей, которая присуща Праксителю, но зато резкие тени и энергично выступающие формы создают впечатление живой жизни и вечного движения.

Изображение движения в скульптуре со временем менялось. В архаической скульптуре вид движения можно было бы назвать «движением действия», оправданным мотивом этого действия: герои бегут, состязаются, угрожают оружием, протягивают предметы. Нет такого действия – архаическая статуя неподвижна. В классический период, начиная со скульптур Поликлета, появляется т.н. «пространственное движение» (по определению Леонардо да Винчи), означающее перемещение в пространстве без видимой цели, определенного мотива (как в статуе Дорифор). Тело статуи движется или вперед, или вокруг своей оси («Вакханка» Скопаса) (17).

Древнегреческие скульпторы и их произведения

(17) Вакханка. IV в. до н.э. Римская копия. Альбертинум, Дрезден

 

Оглянувшись назад, мы видим, как скульпторы Древней Греции сумели всего за два века вдохнуть, подобно Пигмалиону, в загадочных, молчаливых, холодных кор жизнь и превратить их в чувственных, кружащихся в пляске вакханок.

ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

Алпатов М.В. Художественные проблемы искусства Древней Греции. – М.: Искусство, 1987.

Виппер Б.Р. Введение в историческое изучение искусства. – М.: АСТ-Пресс, 2004.

Вощинина А.И. Античное искусство. – М.: Издательство Академии художеств СССР, 1962.

СЛОВАРЬ К СТАТЬЕ

Архитрав – балка, лежащая на капителях колонн.

Барельеф – низкий рельеф, в котором выпуклое изображение выступает над плоскостью фона не более чем на половину своего объема.

Гиматий – верхняя одежда в виде четырехугольного куска шерстяной ткани, надевавшаяся на хитон.

Гоплит – воин в тяжелом вооружении.

Горельеф – высокий рельеф, в котором изображение выступает над плоскостью фона более чем на половину своего объема.

Кариатиды – стоящие женские статуи, которые служат опорой балки в здании. Возможно, благородные женщины Карии, отданные в рабство персам, чтобы спасти жителей.

Людовизи – итальянский аристократический род, возвысившийся в начале XVII в., когда кардинал Алессандро Людовизи в 1621 г. стал папой римским Григорием XV.

Метопа – плита, украшенная скульптурой, входящая в состав фриза дорического ордера.

Палестра – частная гимнастическая школа, где занимались мальчики с 12 до 16 лет. На о. Самос была палестра для взрослых мужчин.

Панафинеи – в древней Аттике празднества в честь богини Афины (великие – раз в четыре года, малые – ежегодно). В программу входили: шествие к акрополю, жертвоприношение и состязания – гимнастические, конные, поэтические и музыкальные.

Пеплос – женская длинная одежда из шерсти, закалывающаяся на плечах, с высоким разрезом сбоку.

Порос – мягкий аттический известняк.

Силен – божество плодородия в свите Диониса.

Триглиф – элемент фриза дорического ордера, чередующийся с метопами.

Хитон – длинная, прямая мужская и женская одежда.

Хрисоэлефантинная (греч. – из золота и слоновой кости) техника – смешанная техника. Фигуру из дерева покрывали тонкими золотыми пластинами, лицо и руки вырезали из слоновой кости.

Источник: art.1sept.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.